Categories
Дельвин. Постскриптум

Июль 2017. Маленькая заметочка для себя

Главное событие месяца: 1 июля 2017 на Степике запущена моя интерактивная видеокнига (курс) по введению в латинскую культуру и язык. Этот же день стал и важнейшим водоразделом между мною “до” и мною “после”. Хочется мне того или нет, но теперь в той или иной форме я остаюсь среди “материалов” на “цифровой полке”.

Итоги курса за месяц: 1300 записавшихся, 760 прочитавших введение, 50 добравшихся до конца модуля 3.

Второе по значимости событие: я улетел в Кишинев, чтобы писать о “второй волне авангарда” (брутализме) в архитектуре и чтобы устроить себе краш-курс румынского с преподавателем (июль 2017: 8 занятий по 120 мин, итого 16 астр. часов). Попутно разобрался с кучей местных особенностей и точек зрения на вопросы региона и его культуры.

Познакомился с массивом румынской литературы, которая, да-да, недооценена. Понемногу разговорился и уже понимаю и могу обсуждать достаточно абстрактные темы. Разбирался с тем, как устроен Кишинев; изучал историю Молдавии и Румынии. Клубок культурных противоречий адский, следовательно, интересный.

Писал и публиковал “Молдавские тетради”: (1) “Вторая волна” кишиневского авангарда и (2) маленькие заметки о культуре и повседневности, которые я условно объединил в цикл названиями-наречиями.

Города месяца: Колпино, Санкт-Петербург, Москва, Дзержинск, Кишинев, Павловск. 

Начал цикл “Скрипта Латина”. Видео: обзор городов, их историй и архитектуры на латинском (сделаны: интро, Колпино, Москва/Сокольники, Дзержинск, Кишинев); фото: рассказ о событии в городе, где я нахожусь, если что-то происходит (три события: в Петербурге, Москве и Кишиневе).

Преподавал: риторику, логику, древнегреческий, английский и английскую литературу, французскую литературу, финский.

Провел на английском прогулку по советскому наследию в районе МГУ. Отснял на русском языке небольшой репортаж о демонстрации в Кишиневе.

Написал две новеллы к циклу.

Главное осознание: ни от кого ничего не ждать, ни на что не надеяться, ни под кого не подстраиваться, организовывать себе все самостоятельно: от рабочего места и пожизненного обучения до поездок и деловых/творческих/научных встреч.

Принятый новый принцип: полная открытость и прозрачность (идеал цифрового общества), жить, ничего не скрывая и не извиваясь за враньем (опробовано: дышится много легче, потому что не нужно тратить оперативку на воспоминания, кому если и не наврал, то недоговорил).

31 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Кишиневская «вторая волна». #5. Дворец культуры железнодорожников

Как я говорил, один из излюбленных приемов в архитектуре «второй волны» – это цветовой контраст, и белый/серый vs. красно-кирпичный притягивает особое внимание, соответственно, и используется для особых построек, как, например, дворцы культуры.

Дворец культуры железнодорожников (1980, С. Шойхет), во-первых, по своему положению вполне оправдывает название “дворца”. Он расположен на пригорке, и к нему ведут ступени, причем пролеты, расположенные под углом 90º один к другому, напоминают подобные же многопролетные лестницы античных храмов.

Во-вторых, при отсутствии каких бы то ни было внешних украшений, общее соположение объемов также отсылает нас к идее дворца.

Два объема соединены легкой колоннадой, в которой весьма интересна игра солнца, когда оно движется на запад ближе к концу дня. Основной объем здания совершенно прямым текстом цитирует такие же дворцы культуры 1920х, и особенно хорошо видна схожесть со зданием ДК ЗИЛ.

Обилие стекла позволяет пропитать внутренние пространства естественным светом почти по всему радиусу, а волнистый узор вдоль всего здания служит и хорошим ритмическим рисунком, и способом визуально-знакового объединения в ансамблевое целое.

Перед дворцом стоит брутальный фонтан: из шпал, собранных в букет, растут цветы.

30 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Саркастично

1. Рогозина вот в Молдавию не пустили, а меня пустили, потому что я летел местным Флайваном. Мораль: въезжать на танках и летать на военных самолетах в гости к соседям — идея плохая. Или господин Рогозин частенько заходит к соседям по даче со включенной бензопилой? А я, кстати, господин Рогозин, в отличие от вас, еще и в Тирасполь с Бендерами попаду. Потому что сяду на простую маршрутку за 30 лей от Центрального рынка.

2. Молдавия, как и все православные государства, коррумпирована. Нет ни одного православного государства, которое не было бы лживым и порочным насквозь. Мораль: ну вы поняли.

3. Я понял, на каком языке у меня записаны последние четыре буквы фамилии в латинской части загранпаспорта: “ский” = “skii”. Это румынский. Наконец-то найден ответ, какой молдавской частью мозга думала деточка, когда выдавала мне паспорт с фамилией CHERNORECHENSKII.

29 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Кишиневская «вторая волна». #4. «Дом мод» (Centrul de modă) и прилегающее здание

Контраст двух цветов – излюбленный прием в архитектуре «второй волны», что, безусловно, навеяно стремлением к конструктивистскому минимализму средств выражения. Условно можно говорить о двух видах контраста: «жестком» (белое vs. черное) и «мягком» (белое vs. серебристое). В редких случаях (и в Кишиневе есть такие примеры; рассмотрим позднее) архитектор белому/серому противопоставляет песочно-желтый или красно-кирпичный (иные цвета – исключительнейшая редкость, как показывает мне мой опыт наблюдения по разным городам бывшего СССР).

Как и в случае со многими другими объектами «второй волны», ни архитектор, ни точный год постройки по открытым источникам установить невозможно. Редкие ехидные (или, наоборот, удрученные) обзоры в местной прессе указывают на «конец 1970-х» (спасибо, кэп, плюс-минус трамвайная остановка и так, простите, очевидно).

За незапланированными пристройками и распечатками на брезенте, что, разумеется, портит общий вид и мешает восприятию замысла, тем не менее, просматривается все

та же идея возврата к конструктивизму и к его игре с объемами. Здесь четко противопоставлен приземистый белый блок и условно-серебиристый более высокий и продолговатиый.

Проектируя именно «Дом мод», архитектор, скорее всего, и закладывал похожую идею в абстрактный рисунок фасада: складки одежды. На белом, меньшем объеме, просматриваются «складки» более крупные – в виде размашистых каменных волн, а вот скрывающие этажи кованые серебристые чешуйки – чуть ли отсылка к кольчуге воина (напрашивается интертекст с оформлением путевых стен «Площади Александра Невского» в Петербурге).

Некоторого внимания параллельно заслуживает и стоящий рядом высотный дом, напрямую к «Дому мод» не относящийся, но, так или иначе, с ним визуально образующий ансамбль. На первый взгляд это монструозная высотка, но конструкции живость и стремление вверх придает рисунок-ритм, составленный из красных треугольных балконов, так что при всем желании фасад нельзя назвать ни «мрачным», ни «подавляющим», ни «тоталитарным», ни уж тем более «неприметным» или «типовым».

На вопрос недоуменной дамы, зачем я так дотошно все фотографирую, к еще большему ее изумлению я ответил:

–Если это все не развалится или сами не раздолбаете, лет через тридцать поймете. И будете носиться как курица с яйцом, пытаясь спасти. Благо не как Мельников вынужденно строил – из мусора, пыли и соплей строителей.

28 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Дождливо-весело

1. Все. Барьер сломлен. Внезапно для себя заговорил на улице на румынском без боязни. Началось с румынского дядечки, поинтересовавшегося портативным моим штативом, пока я снимал Видеоскрипту Латину о Кишиневе. Кончилось тем, что он мне начал рекламировать архитектуру Брашова, Тырговиште и Мангалии. На румынском.

2. Решил узнать, какого года постройки греческая церковь мученика Пантелеймона. С церковными бабушками говорил на румынском. ЧСХ, понял!

3. Наткнулся на прокат велосипедов. Договорился с девочкой о прокате на час на румынском. Теперь забуду-ка русский до отъезда. Да, переключаться с румынского на русский и наоборот — нормально. Так что в случае чего на это косо не смотрят.

4. Город действительно невелосипедный. Два проехавших велосипедиста меня радостно приветствовали, как будто бы встречаются с собратьями не знаю по чему.

5. Начался дождь. Я вспомнил удовольствие гулять и кататься на велосипеде под теплым  дождем. Да, я осознал, почему неприятно ходить под питерским ливнем в плюс восемь.

6. Дождь — это тоска только в северных краях. Здесь это праздник.

7. Брутализм, ака “Вторая волна”, я люблю тебя.

27 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Не хватает билет(а)

Первые свои 36.5 лет жизни я бывал готов бросить все и как чокнутый мчаться хоть через всю страну во Владик на поезде 6.5 суток, чтобы увидеться и узнать о равнодушии в свой адрес. А вот в самом конце июня 2017 мне хороший друг и учитель преподнес максиму: “Тебе зачем вообще нужны эти серебристые единороги, срущие радугой по дороге в адъ?”

И уже весь июль 2017 я месяц живу, понимая, что теперь никуда и ни за кем не попрусь через полмира. Что не очень жажду подстраиваться. Главное — живу без ожиданий, радуясь, если хоть что-то в моей бестолковой жизни есть.

Но это ведь, наверное, классно, когда кто-то ради тебя берет билет на самолёт и бежит разыскивать тебя по миру? Кто-то ведь наверняка больший счастливчик, чем я, и испытывал подобное? Это ж, наверное, так киношно и ах. Музычка там на заднем плане за кадром щемящая, томные взгляды и прочая серебряноединорожная мутотень…

Мне поздно, наверное. Я стар.

26 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Они жгуть

Студенты на Степике уже начали отжигать с моими видосами. Пример разбора из Овидия переосмыслен так.

26 Julii 2017. — Quisinavia (Moldavia)

26 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Комментированная история текстов

Невозвратная любовь Оризонта

Огромная благодарность Анастасии Гарабажиу за бесценную помощь с уточнением и комментированием региональных особенностей молдавского варианта румынского, который вы услышите здесь.

В нашей семье под Новый год отец традиционно настраивал “запись с телевизора”: на большой бобиный магнитофон мы “катали” “Песню года”. “Песня-90”, пожалуй, — одно из самых ярких впечатлений детства. Уже тогда все чувствовали, что все скоро будет не так, как прежде. А “Амор, Амор” (и особенно, конечно, белокурый солист, с которого я и стал, — да, да, именно влюбившись в него, а не в плакатного Талькова, как думали и говорили мне многие, — копировать длинные волосы, которые иногда отращиваю по настроению) осталась до сих пор одной из любимейших моих песен. Я ее напевал, копируя слова, которые не до конца понимал. И теперь, словно в поисках детства, приехал учить румынский в Кишинев, чтобы разобрать и подстрочно спеть вместе с вами, наконец, незамысловатый текстик о прошедшей и невозвратной, но такой приятной к воспоминанию любви.

Однако при всей отвлеченности содержания, — любовь, шашни-машни, лето, гудбай, — символичность оказалась велика: не просто парнишка прощался с девочкой, а как будто мы все прощались с большой эпохой, которая “пусть проходит, буду скучать, было классно, ее не вернешь, но и не надо”. (Молдавия еще 23 июня 1990 приняла Декларацию о государственном суверенитете.) На “Песне-90” пелось и танцевалось, а на окраинах уже стрелялось и бузилось. 9-13 января 1991 уже грянули прибалтийские события. К 17 марта 1991 стали появляться призывы с разных уровней бойкотировать референдум о сохранении СССР. Машина летела в пропасть — как та самая любовь, которую не вернуть. “Трекуд амор, дорур амор финмеркатор” — именно так я слышал и напевал тогда.

История же “Оризонта” типична для Советского Союза. Олег Мильштейн основал его в Кишиневе в 1975, а уже в 1984 его выжили из Молдавии — в полном составе участники уехали в Ставрополь. Из Кишинева сразу начали поступать угрозы с требованием “прекратить петь на молдавском”. Когда угрозы действия не возымели, то в Москву еще и накатали кляузу “о неблагонадежности”. Но поскольку кляуза та попала в московские руки больших любителей “Оризонта”, то из Кремля отвесили хорошего телефонного тумака — и коллектив стал собирать многотысячные стадионы в крупнейших городах. А в Кишиневе заткнулись. К концу 1980-х Олег Мильштейн почувствовал смену предпочтений слушателей, и музыка зазвучала совсем по-другому. “Амор, Амор” стала своеобразным последним аккордом многонациональных и интернациональных традиций огромной страны, когда в Москве на молдавском (румынском) пел ансамбль, базированный в Ставрополе. “Оризонт” прекратил свое существование в 1994.

Итак, поем по-румынски с подстрочником. Напоминаю, что то, что называют “молдавским”, — это впечатление и мнение самих молдаван, говорящих на румынском, но которые по определенным причинам считают, что отличия в произношении, а также наличие большого числа лексем русского и украинского происхождения являются бесспорным доказательством отдельности языка. С лингвистической точки зрения это по сути региональная разновидность, “молдавский вариант румынского”, так как грамматических отличий нет. (“Сяпала Калуша по напушке и увазила бутявку” Петрушевской написано на русском, ибо наполняется грамматическая система русского, а не какого бы то ни было иного языка, и непонятность лексем не превращает это предложение в какой-то иной язык.)

Doar cu tine (только с тобой), cu tine (с тобой), cu tine (с тобой), da, cu tine (да, с тобой)
Azi şi mâine (сегодня и завтра), şi mâine (и завтра), şi mâine orişicând (и завтра когда бы то ни было)
Mult mi-i bine (очень мне хорошо), mi-i bine (мне хорошо), mi-i bine (мне хорошо), da, mi-i bine (да, мне хорошо).
Doar pe tine (только про тебя), pe tine (про тебя), pe tine eu te când (про тебя я пою).

Amor, Amor (любовь, любовь)! Trecut Amor (прошедшая любовь)!
Dorul (томление), Amor-Amor-Amor-Amor-Amor-Amor (о любовь), fermercător (приятное, очаровательное).

Iată trece-o vară (вот проходит лето), o vară (лето), o vară (лето), da, o vară (да, лето),
Dar nu-mi pasă (но мне неважно), să treacă (пусть проходит), să treacă (пусть проходит); a trecut (прошло).
Tu mi-eşti dragă (ты мне дорога), mai dragă (более дорога), mai dragă (более дорога), da, mai dragă (да, более дорога).
Timpul n-o să mă facă (время так мне не сделает), mă facă (мне не сделает) să te uit (чтобы тебя забыть).

26 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Сыыыыыр

Какие украинские сыры я жру здесь — ах, какие сыры, боже мой. Из Винницкой области сейчас купил — думал, на два дня, а уже исчез.

Прогнать бы ссаной тряпкой тех сучар, которые разлаяли нас с Украиной. И у нас как минимум будут нормальные сыры вместо пальмовой дряни из Ичалок.

25 July 2017. – Chișinău (Moldova)

Categories
Дельвин. Постскриптум

Несъедобно

1. В Кишиневе беда с кафешками. На весь город их пересчитать — по пальцам руки. “У нас есть одна-единственная кафешка, которая отказывается платить рэкетные сборы — “Smoke House”. Остальные вынуждают платить взятки и поборы, вследствие чего либо они закрываются быстро, либо не пытаются открыться вовсе.”

2. Удивительно, но при таком климате “воткни-палку-зацветет” местная съестная продукция почти несъедобна. Я перепробовал почти все из того, что мне можно, пока заценил только местную “смынтынэ”, которая и та под маркой “President” идет.

3. Норм соки “Naturalis” и минеральная вода “Dorma”. Их выжираю литрами ежесуточно.

4. Местные сыры хуже наших пальмовых постсанкционных. Чаще всего это кусок деревяшки — и не говорите, что это как пармезан. Натереть надо.

5. Основная продукция — российская или украинская. Чуть реже — польская или румынская.

6. Из булочной продукции кишиневцы тащатся по местной выпечке “Franzeluța” (“Франзелуца”). Говорят, что ничего лучше нет нигде. Сам не оценивал — мне нельзя хлеб.

7. Мясо и вино не оценивал, так как не потребляю.

25 July 2017. – Chișinău (Moldova)