Categories
Прочеркон

Что дышло

Дед Михаил, ушедший в 1972, то бишь за девять лет до моего первого вопля, смог поставить на ноги двоих детей: маму и ее братца, моего чудаковатого дядюшку. Законы, разумеется, были на стороне человека (впрочем, как и все у нас – говна вопрос): ушел на пенсию – сиди на ней, пока не опухнешь с голоду и не уползешь на Почтовый-6 добровольно. Право на труд – только месяц-два в год, если ты особый мазохист да жаждешь подыхать с голоду медленно и драматично. Резать кошкин хвост медитативными кусочками.

А у Михаила два спиногрыза: «Пед и мед – беднее нет!»

Тогда Михаил собрался да уехал на два года в Азербайджан. Работать: законы другие малость. Азербайджанцы с большим уважением и восторгом отнеслись к моему деду, к его знаниям и навыкам по геологоразведке.

Так дед смог обеспечить образование обоим.

А вот на вопрос деда, почему справедливейшие законы в справедливейшей стране такие разные для Кавказа и всего остального СССР, азербайджанцы ответили: «Да, канэщна, мы живем в эпоху развитого социализма, в самой лучшей на свете стране… и коммунизм не за горами. Но горы у нас та-а-а-а-акие высокие!»

7 August 2009. — Dzerzhinsk (Russia)