Categories
Прочеркон

Основы

Мудрый от глупого отличается тем, что конфликтную ситуацию будет решать по существу, имея в качестве первичного основания цель – постичь причины и следствия, вывести способы нейтрализации и урегулирования. Глупый будет кичиться минутной красочностью, чтобы привлечь к себе внимание. Ему неважно завтрашнее забвение.

Любой спор имеет своей целью либо достижение самоутверждения у одолеваемого гордыней, либо достижение истины у подлинно заинтересованного в процессе и результате. Последних меньшинство.

Любое идейное противостояние преодолевается только путём уважения к собеседнику при всём несогласии с мнениями. Оппозиционность не достигается апеллированием к личности, но к положениям.

Человек морально уродливый и интеллектуально ущербный, закомплексованный и ищущий признания в глазах других будет искать уродливость и ущербность в собеседнике, а не в его убеждениях. И уж тем более не протестирует собственные убеждения.

29 July 2010. – Moscow (Russia)

Categories
Прочеркон

Отчёт об очередной катастрофе

Всё пошло по модели Киева в феврале 2010: великие задумки – развлекуха по-крупному.

Из Питера мы возвращались на автобусе. Приземлились на Щёлковской среди торфяного смога. Заморачиваться с Пулковом без аэроэкспрессов не фонтан (в Питере тётя Валя пока проблему решать не собирается: вот построят Охту, догубят на пару с Газпромом город – тогда, глядишь, займутся); вечером же с воскресенья на понедельник нам светили только мягкие СВ по 20 тысяч. Но до всего этого ещё надо было дожить.

Я выходил из дому и понимал: последняя поездка перед длительным заточением во МКАДе – до 30 сентября 2010. Рабочий уикенд «Курсатор + Прочеркон». Запуск в Питере сразу двух проектов. Но – не могу. Не хочу – и всё.

Я всё бухтел, что «что-то будет», что «не хочу ехать». Серёга предложил остаться: в конце концов, я терял гроши. Я остановился посреди Комсомолки и уже был готов повернуть назад. Но махнул рукой – и с тяжелейшим сердцем вошёл в поезд. Не поеду – пожалею, понимал я мозгами, но интуиция не подвела. Проньку с Кондрашом я был просто в буквальном смысле готов загрызть. Хорошо, что поэт меня всю дорогу поил «Белой лошадью», от которой под конец меня чуть не стошнило.

Наутро нас ожидало: отсутствие обратных билетов; хлынувший ливень, которому, впрочем, мы обрадовались после пяти недель зноя; 200 рублей за столовскую порцию картофельного пюре в грёбаной «Русской Емеле» (ни ногой больше к вам, твари); Олег, забывший адаптер для микрофона; Катя, едва нашедшая место встречи на Новоизмайловском, в довершение севшая на стеклянный хрупкий столик; вылетевшее стекло в комнате, что добавило шумов; закончившийся аккурат перед прогулкой картридж и, соответственно, отсутствие материалов для участников (хотя Ким выкрутился здорово); внезапно закрытый дворик с «башней грифонов»; порвавшиеся у Кати босоножки накануне выхода на Васильевский; необъявленный автобус на вокзале, который мы обнаружили чудом за три минуты до отправления…

Взамен – почти безупречно прошедшие курсаторские прогулки по Петербургу, где они теперь будут регулярно (в этот раз было: с Кимом – по Загородному, с Катей по – Васильевскому); прекрасный, хоть и не идеального качества записи, материал первого петербургского подкаста «Прочеркон FM».

И ужин-«планёрка» в «Троицком мосту», где, наслаждаясь прохладой вечера на террасе, мы резюмировали:
-Зато через десять лет будем вспоминать и смеяться: «А вы помните, как всё начиналось?»

26 July 2010. – Moscow (Russia)

Categories
Прочеркон

Как похудеть

Не так давно вечерком забрела ко мне Кобячка на чай. Алкогольствовать в такую жару не стали: мы и так от асфальта в газообразном состоянии уже более чем хмельны.

Завариваю чай. Суюсь в холодильник – достать всяку всячину к чаю.

-Вот,– говорю,– как раз шоколадку купил. Завтра с творожком тоже к чаю.
-Ой, а что – так надо? Каждое утро шоколад с творогом рекомендуешь?
-Творог – да, желательно каждое утро.
-А-а-а, ну это мне тогда не подходит!

Восприняв буквально, намереваюсь класть шоколадку в холодильник.

-Ты не так понял. Я не хочу просто творог. Я думала: творог с шоколадом ежеутренне – и худеть. Вскрывай давай упаковку!

Истинно, истинно говорю вам: не отнять у женщины мечту об осиной талии и о возможности трескать сладкое!..

20 July 2010. – Moscow (Russia)

Categories
Прочеркон

Курсатор открывает Серпухов

Серпухов – очень прогулочный город. Он располагает и к беседам, и к историям, и к смеху, и к общению. Всё, что и надо «Курсатору» для успешного культурологического мероприятия.

В принципе всё – на одном пятачке, но пятачок этот не повторяется ни разу за все пять часов движения. Накануне поездки Сергей разумно приготовил материал и распланировал маршрут.

«Курсатор» и его прогульщиков уже на вокзале встречали ребята с Серпуховского телевидения – им очень приглянулась наша идея таких прогулок-экспедиций, и они ходили целый день с нами, делая сюжет.

Будем посмотреть.

18 July 2010. – Moscow (Russia)

Categories
Прочеркон

Малина у дороги

Собаку звали Вук. Сторожа – дядя Лёша. Моего друга детства из летнего дачного посёлка, где я сейчас и сижу на до боли знакомом резном балконе,– Никитка Русин. Старого психопата с соседней улицы – Сучков.

Когда мимо его делянки, отгороженной от дороги малинником, мы ватагой носились на «школьниках», он орал нам вдогонку матом, швырял в нас камни, в лучшем случае – обливал водой из шланга.

Сторож же очень нас любил. Меня любил и Вук. Огромный овчарыш всегда лез ко мне целоваться – и мне нравились его мохнатые мощные лапы, что он клал на плечи.

Дядя Лёша обходил посёлок по вечерам.

Однажды вечером мы с Никиткой гуляли по улицам – Сучкова не было. Зато была созревшая малинка, нависавшая на дорогу. Поеденная малинка – такова наша жестокая мстя.

-Лёша! Никита! – окрикнул нас добродушно дядя Лёша, у которого на поводке бултыхался добрый дядюшка Вук. – Ну-ка брысь!

А Вук уже стоял на задних лапах и рвался ко мне целоваться.

Через пару дней разразился скандал. Кто-то из соседей, похоже, видел всю сцену и донёс Сучкову. (Симптомы совка невытравимы до сих пор.)

-Я их перестреляю всех! – орал Сучков, стращая и мою, и Никиткину бабушек, с которыми мы, понятное дело, обитали.

Наоравшись на бабушек, Сучков побежал к дяде Лёше. Разорялся и там. Требовал уволить сторожа, четвертовать и нас, и бабушек, и мамочек, и папочек, и всех родичей до седьмого колена – расстрелять, убить, уничтожить, сжечь, развеять прах по ветру.

-А зачем собаку твою кормим? Спускать с цепи, чтобы драла заживо!

Никто всерьёз его слов не принял. Вук со мной целовался, не понимая, чего тут гомонят человеки. Нас, естественно, за тот стакан малины пожурили из серии «нашли, с кем связываться».

Наутро Вука нашли в конуре отравленным.

Дядя Лёша уволился в ту же осень.

16 July 2010. – Moscow (Russia)

Categories
Прочеркон

Иди своей дорогой – и пусть люди говорят что угодно…

Segui il tuo corso e lascia dir la gente.
Dante Aligheri
Когда несколько лет назад,– в душной и забитой до отказа электричке, рвавшейся под майские прочь от плавившейся Москвы,– я знакомился в тамбуре со смуглым парнишкой, найдя жару хорошим поводом для шуток, невозможно было даже вообразить, что встреча эта не пройдёт по касательной наших жизней. Как мелькнут потом сотни людей на дорогах каждого из нас…

…Прошло несколько лет – и не менее душным июньским вечером 2010, на вновь открытой Марьиной Роще теперь уже давнишний и близкий друг передавал мне свою первую рукопись.

Вооружившись корректорским карандашом, я поначалу лишь сухо планировал время на вычитку, но… открыв текст – ахнул от изумления: поток унёс меня в события, которые безупречностью драматургии и закрученностью сюжета больше смахивают на скетч, шарж, повесть, юмореску, детектив – но никак не на путевые заметки.

Легко и глубинно, изящно и без излишеств Ромка рассказывает о том, что нам,– наберёмся храбрости признаться,– не будет доступно никогда: смелое, безумное, пионерское, нетривиальное и увлекательное путешествие по Кубе – закрытой и неведомой, сюрреалистичной и одновременно столь узнаваемой по ещё невыветрившимся советским реалиям.
Я забыл обо всём на свете – и лишь усилием воли возвращал карандаш к работе.

Ромке, пожалуй, и фотографии-то не нужны: настолько полнокровно их заменяет слово. Он пишет не казённым языком глянцевых путеводителей, от однообразия которых подташнивает уже и туристов. Он пишет как путешественник, человек, исследователь и наблюдатель, с добротой – о таких же простых людях, их заботах, проблемах, быте. Пишет – то кидая в смех, то вышибая, что греха таить, слезу.

Однако воспринять эту книжечку как «руководство к действию» или «альтернативный путеводитель», боюсь, не получится: слишком неповторимо. Слишком много реальных впечатлений кроется за пятьюдесятью страницами. Так же бессмысленно, как повторять Марко Поло, Афанасия Никитина и Ричарда Бёртона.

Причиной тому – уникальный характер Романа: он умеет принимать людей без оценки и осуждения такими, какие они есть. Вот, несомненно, его путеводная звезда-хранительница. Его козырь – юмор и открытость, отсутствие барьеров и блестящая культурная компетенция, какую редко сыщешь даже в наши столь википедийные дни.

Уже сейчас я нисколько не сомневаюсь, что Ромка – это одна из нарождающихся звёзд путешественнического небосклона; человек, который сможет свежо и по-новому взглянуть на миллион раз пережитое, который сумеет снять штампы, не насаждая новые.

Я уверен, что «Автостопом по социализму, или Свобода по талонам» – первая, но уже очень удачная проба того, кому вполне под силу доказать: наша виртуальная осведомлённость о мире – обманчива.

У него «всё только начинается, на-чи-на-ет-ся».

Главное – уметь увидеть.
Главное – захотеть.
Главное – смочь донести.

15 July 2010. – Moscow (Russia)

Categories
Прочеркон

В конце дороги

Весь спектр ритуальных услуг по своей комплексности напоминает спектр туристических. Новый спектр путешествий. В некоторых случаях – в один конец.

Выбрать гроб и выбрать маршрут следования тургруппы; произнести прощальные речи и проговорить экскурсию; организовать питание и организовать поминки; за определённую сумму организовать местечко поближе к входу на погост и подкупить музейных работников для льготного пропуска групп; организовать проезд до места экскурсионки и организовать автобус до ворот последнего упокоения; обеспечить музыку у катафалка и пение под синтезатор по вечерам на солнечной палубе; обеспечить транспортировку гроба и перенос ручной клади и багажа туристов…

В общем – модели кругом одни и те же. Нет ничего нового под солнцем, дружок мой, нет ничего нового. Как бы ты ни стремился в единичном увидеть единичное. Всё, что сейчас кажется таким свежим и таким неведомым,– упирается в скрежет шаблонов, затирающих каждый наш шаг в затяжном танце до могилы.

Если что-то происходит, значит, так тому и быть. Всем управляет Невидимая Рука – которую можно только благодарить за прозрения.

Я планировал провести неделю в полном отрыве и забыв обо всём, а пришлось – в Дзержинске у родителей: ибо прилетела новость.

Мы пустоту и недосказанность ощущаем только годы спустя. Как сейчас я уже тоскую по моему восемнадцатилетию, зная, что не верну его никогда. Так и тут. Может, лет десять спустя и ты, дядя Владимир, аукнешь мне с небес из последних месяцев моего третьего десятка.

Спи спокойно.

11 July 2010. – Dzerzhinsk (Russia)

Categories
Прочеркон

Секты всякие нужны?

 Любой маломальский фанатизм у меня вызывает подсознательно отторжение и оборонную стойку: отбой сектантоподобности. В последние месяцы мне как-то кучкой стали попадаться люди (это впервые за двадцать-то пять лет лингвистической жизни!), воспринимающие всерьёз эсперанто. И ладно бы просто всерьёз – но они чуть ли готовы не на живот, а на спину защищать мёртворожденный проект, приписывая ему мифические уникальности и открытия.

Реалистично мыслящие учёные всерьёз не воспринимают искусственный язык. Вот что пишет Людмила Цирлина в статье «Глобализация и лингвистика: вавилонское столпотворение или “язык-киллер”?»: «Кроме кучки энтузиастов (например, приверженцев эсперанто) никто не горел желанием его (искусственный язык – А.Ч.) освоить. Почему? Ведущие лингвисты считают, что искусственный язык бесперспективен, так как это не опирающаяся на конкретный исторический опыт, и не несущая эмоциональной нагрузки совокупность графических, фонетических и семантических единиц. Язык становится глобальным не благодаря своим особым структурным свойствам, или лексическому объёму, или великой литературе, культуре, религии, созданной на нём в прошлом. Все эти факторы могут лишь мотивировать кого-то освоить данный язык, но ни в отдельности, ни в совокупности они не в состоянии привести к всеобщему распространению такого языка. Язык становится международным по одной основной причине: политическое влияние его носителей.»

Решил спросить своего научного. МЭК мне ответил так: «Интерес? Только если чисто спортивный – как проект по созданию наднационального языка. А увлечённость – ну вызывает улыбку…»

Но меня это удовлетворило не до конца. Что насторожило и показалось странным: когда вполне лингвистическими и эстетико-философскими методами начинаешь показывать нежизнеспособность придумки (отсутствие наполненности концепта, связи с культурой, ориентированность всё на тот же романский ареал…) – эсперантист встаёт в поведенческую позу, и повадки до дрожи напоминают… хаббардистов и новоакропольцев.

От возникшей в голове аналогии я вздрогнул – и начал раскапывать вопрос. Вот на что натолкнулся. Статья 1989 – эстонский эсперантист из Тарту, О.Б. Ткаченко, который почти открыто подтвердил мою догадку о схожести идеи эсперантства с сектами мягкого типа (как, в принципе, «Новый Акрополь», который особо ничего не требует от участников, но идейно держит накрепко):

«Внутреннюю идею человеческого братства, стоящую выше этнических, расовых, языковых и религиозных предубеждений, разделяющих народы, он (Заменгоф – А.Ч.) пытался развить в нейтральную общечеловеческую религию – гомаранизм (или гиллелизм), связанную с эсперанто. <…> Разумеется, разные политические группы в эсперанто-движении вкладывают в эту идею неодинаковое содержание, но тем не менее она объединяет и до сих пор значительную часть эсперантистов. Этим, по-видимому, объясняется и то обстоятельство, что эсперантское движение с самого своего начала до сих пор выступает как активная миролюбивая сила.»

Интересно, что о сектантских характеристиках эсперанто в Сети не так много материалов, хотя кое-что есть: я, видимо, не единственный, кто задумался об этом.

Справедливости ради нужно признать: находка, что винительный падеж действительно является главным и достаточным залогом свободного порядка слов,– вот это гениально. Но что из этого?

P.S. Надо сказать: прочитав грамматику и даже полистав «поэзию на эсперанто», я невольно улыбнулся: а что, хороший способ спрятать свою бездарность – никто же не оценит художественных качеств! Пиши сколько влезет!

10 July 2010. – Moscow (Russia)

Categories
Прочеркон

Курсаторская выездная прогулка: Кашира



Тому, что пишут в Интернете,– не верь. Аксиома.

Именно потому было решено (прежде чем устраивать полноценные вылазки) сначала делать «разведки боем» с волонтёрами.

И вот она – Кашира: «Вот мы и приехали – краешек земли…» Такое впечатление, что электричка потом уходит в никуда. В небеса обетованные: рельсы делают крутой подъём.

В общем – дырища страшная. А как описано-то, как описано! «Город русского классицизма», «псеводорусский стиль», «слитные ансамбли городской застройки XIX века»…

То, ради чего стоит съездить,– Белопесоцкий монастырь на другом берегу Оки. Но он к Кашире, мягко скажем, отношение имеет маленькое. От платформы со странной формой мужского рода «Белопесоцкий» – на автобусе, а лучше через лесок да по полюшку песочком и пешочком.

Вообще же в Кашире снимались фильмы «Ко мне, Мухтар!» и «Глухомань». Почему последний – вполне объяснимо любому, кто там побродит часок.

4 July 2010. – Moscow (Russia)