Categories
Старый блог

Венгерское сумасшествие

Обложка:

Симон Холлоши

“Скрипач”

Кратко. Эдда Мювек и как привыкалось к венгерскому. Современная венгерская литература – совсем немного об одном романе современной писательницы. Три специфических грамматических категории венгерского, которые поразили больше всего. Мой эдукаториал.

С Эддой Мювек и правда какой-то психоз у меня случился.

Оторваться не могу уже третий месяц. И произошло нешто. Я пока их слушал в апреле 2013, сначала привык к звучанию венгерского; когда, поднимаясь по снежным перевалам Абхазии, мне нужно было ещё сил, я себе вваливал в уши что-то вроде Gyere örűlt. И мне шлось легче. К середине мая 2013 я заметил, что и слова разбираю, и запомнил почти все тексты (не говоря о музыке до нотки), и что вообще могу говорить.

В гости как-то приехал Олег Ичетовкин. Слышит у меня включенное.

-Это кто?

-Это венгерский рок семидесятых-восьмидесятых.

-Да-а-а? У них был такой звук в эти годы? Я подумал, что это кто-то вроде Зепеллина или Пёрпла.

-А вот так собратья по соцлагерю развивались. Пока в совке высшим достижением были магнолии и плещущее море…

Уже в конце мая 2013 мы с венгеркой Юдит снова мы по Москве да о Москве. Я ей что-то там втираю, вдруг внезапно для себя перехожу на венгерский. Она отвечает по-венгерски. Останавливается. Переваривает.

-А мы же по-венгерски начали?

-Ну. Дык а я о чём.

Она мне привезла, кстати, роман Оршоя Карафиат Маленькая Лили (Karafiáth Orsolya Kicsi Lili). Я начал его читать. И  осознал вдруг, что слово от слова понимаю больше и больше. Сейчас перечитываю заново – уже внимательно. Любопытна сама структура: это повествование от второго лица единственного числа (возможно, это и делал кто-то до неё, но приём очень редкий всё равно): “А ты, Лили, знаешь и помнишь, как…”

Рассказ-анализ-воспоминание о становлении и разочарованиях молодой девчонки.

И венгерский продолжает удивлять. Сам по себе. Своей структурой.

Три моих, пожалуй, самых любимых явления, которые встретились как феномен мне впервые именно в нём.

1. Определённое и неопределённое спряжение – зависимость окончания глагола от последующего слова.

Неопределённое спряжение – предполагается, что нет определённого (именно определённого!) объекта в винительном падеже.

kerzek – я прошу, просто прошу; или прошу нечто неопределённое, например “прийти” или “одну книгу” (ибо у нас это тоже считается “прямым дополнением”, “объектом в винительном падеже”)

kerzel – ты просишь

kerz – он просит

kerzünk – мы просим

kerztek – вы просите

kerznek – они просят

А вот дальше – самое интересное. Определённое – должен быть определённый объект в винительном.

kerzem – я прошу эту (например, книгу)

kerzed – ты просишь это, эту…

kerzi – он просит эту…

kerzzük – мы просим этот, эти…

kerzitek – вы просите этот, эти…

kerzik – они просят этот, это, эти…

2. Есть ещё одно личное окончание, которое феноменально по своему появлению. Любой язык членит реальность так, как ему это нужно для преломления и отражения действительности. И остаётся догадываться, зачем языку потребовалось выделять именно такое личное окончание глагола, как -lak/-lek. Это первое лицо единственного числа, обращённое ко второму лицу (единственного или множественного): “я тебя…”

várlak – я жду тебя

kérlek – я прошу тебя

csókollak – я целую тебя

szeretlek – я люблю тебя

3. Окончание + окончание. Это самое-самое любимое. В венгерском окончания существительных с основой связаны куда менее прочно, нежели в русском. По сути это послелоги, которые просто, в отличие от настоящих (вполне выделяемых в венгерском) послелогов, во-первых, подчиняются закону гармонии гласных, а во-вторых, могут повлиять на основу (например, беглые гласные).

О гармонии гласных есть пример чудесный. Произнесите слова “люд” и “люди”. Обратите внимание, что в первом случае у “ю” наблюдается большая огубленность, а во втором – растягивание губ, потому что во втором слоге – растянутый “и”, и “ю” под его влиянием тоже раскрывается. Закон гармонии гласных свойствен и нам. Только мы не обозначаем его ни на письме, ни значения ему не придаём.

Однако подбираемся – ах, самое вкусное для ценителей.

Отторженное окончание, к которому присоединяются суффиксы притяжательности (то есть две категории абстрактности, соединённые вместе). Вместе они дают местоимение с предлогом.

-ra/-re – окончание “на + винительный падеж”

rám – на меня (könyvem – моя книга)

rád – на тебя (könyved – твоя книга)

rá – на него, на неё (könyve – его книга)

ránk – на нас (könyvünk – наша книга)

rátok – на вас (könyvetek – ваша книга)

rájuk – на них (könyvük – их книга)