Categories
Прочеркон

По барахолкам с Городским Львом – Москва

После первого посещения Уделки в Санкт-Петербурге я окончательно вернулся во вкус детства («ещё-один-всё-понял»), когда мы бегали по лавчонкам и развалам в поисках всякой фигни (тогда коллекционировались, помимо марок и монет, фантики от жвачек, пуговицы, открытки и даже иностранные газеты вроде «Morning Star»; как стыдно признаться, что мы это читали, изучая язык). Теперь всё происходит осознаннее –почему и пойдёт систематичный рассказ о собственных наблюдениях за барахолками и их обитателями. Подкаст с Олегом Паченковым, о котором я уже не раз говорил, нас заразил атмосферой капитально, и теперь уже все пятеро непременно вылезают время от времени на такие точки, где сохраняется особый дух старьёвщичества.

Начнём-ка с общего трёпа. Во-первых. Все подобные места понемногу или закрываются, или выпираются вон из города, или превращаются в пафосное место для иностранцев.

Во-вторых. Общая тенденция – стремление получить за товар больше, чем он того стоит на самом деле. Горе-продавцы «в интернетах» начитаются, что «дулёвский фарфор очень дорогой»,– и будут по цене статуэток 1910 года втюхивать вам штамповку 1970-х. Доказывать иногда бесполезно. В особенности это касается вещей, подвергающихся каталогизации,– монеты, марки, жетоны, билеты и так далее.

Совершенно обратный процесс – с книгами. Девальвация книги приводит постепенно к тому, что их вываливают мешками, но при этом расходятся они медленно.

Причина кроется и в другом. Советские книги априори были настолько ангажированного содержания, что достаточно лишь взгляда на название, дабы идти к следующему прилавку. Но как раз этого-то говна – хоть отбавляй. Найти, например, реально ценное исследование по искусству (наша специфика, куда деваться) – почти несбыточность. Лучше всего представлены архитектура, живопись, скульптура. Реже – теория музыки, поскольку по её специфике всегда был мал тираж. В философские книги между 1917 и 1995 лучше не заглядывать. Почему – я уже упомянул выше. Да это и так ясно, как баян. С художественной литературой тоже глухо: Бродские всякие не печатались, сейчас его вышло из печати, как грязи; а вот кому приспичит почитать Сергеева-Ценского, Фадеева или Щипачёва – для меня загадка.

Да. Поясню. По части старых книг моя точка вот какова. Я не отношусь к ним как к коллекционному раритету. Для меня книга – это рабочая лошадь, которая исписывается пометками вдоль и поперёк, таскается повсюду, где требуется, заливается дождями, чаями, теряется в путешествиях и на полках друзей. Созерцанием пыльного хлама я не занимаюсь. Книга – это утилитарный источник информации, и если существует перепечатка с тем же самым содержанием, но более новая – нет вопроса. Ещё лучше – электронный вид, если нужны только определённые пассажи. Поэтому я абсолютно равнодушен ко всем этим «прижизненным» изданиям Толстого и Достоевского. Собственно, тут и замыкается круг, объясняющий девальвацию. Наверное, так думаю не я один.

Сегодня в фокусе – три развала в Москве. На перспективу – сравнение букинистических ларьков Москвы и Петербурга, а также, может быть, ломбарды, если я действительно найду в них что-то приличное и по приличным ценам. Чего пока не случалось.

Новоподрезково. От станции метро Петровско-Разумовская – две-три станции на электричке (в зависимости от того, какие остановки делает поезд). Официальное название – «Ярмарка выходного дня». Это, пожалуй, последняя барахолка в Москве в достаточно чистом виде: гламура не так много, цены сбиваются легко. Пример – как я приценивался к фарфоровым статуэткам: «Почём?» – «Тыща восемьсот; отдам за тыщу двести!» Предельно уныло с книгами. Да их почти и нет, а то, что есть, ценности особой не представляет. Советский ширпотреб, современные мягкообложные детективы, немного фантастики. Технику, по опыту Сергея   , искать нужно в ключе неожиданности: он купил старый фотоаппарат за 400 рублей, который прекрасно себе работает, а вот вспышка за тридцатник даже не включилась, что нас нереально развеселило. Никогда не предугадаешь, что тебе впарят и по божеской ли цене. С театральным реквизитом тоже туго: барахло всё странное, больше рассчитанное на одевание бомжей, а под костюмы многое просто не годится. Коллекционные вещи (марки, монеты) пытаются продавать по филькиным документам вроде «ценников», составленных мутными дятлами, что, естественно, никакой объективности не несёт. Основной день – суббота. Пик: 10:30 – 13:30.

Микробарахолка у Преображенского рынка. Рядом с метро Преображенская площадь часто тусуются бабки с достаточно скучным хламом, среди которого, тем не менее, можно иногда кое-что и найти. Чтобы не прогадать, старухи на всякий случай цены завышают на всё подряд. В том, что не касается тряпья, с наивной простотой ориентируются на ломбард неподалёку, поэтому с ценами надо быть осторожным. Много всякой посуды – это если кого-то жаба душит на новую, либо, как нам, нужно на сцене что-то разбивать или просто ставить, как в «Недействительных причастиях». Марок почти нет, монеты нужно отторговывать по цене, если что-то вдруг и встречается. Зато вас непременно будут хватать за руки, предлагая купить кассеты с «Ласковым маем» или Львом Лещенко. Шумно в субботу и воскресенье, особенно между 15:30 и 17:00, когда полиция, у которой, конечно, иных забот в этой стране нет и быть не может, всё-таки бабок милостиво не разгоняет. В будние дни (в хорошую погоду и летом) собираются в это же время.

Вернисаж в Измайловском. Хотите узнать, что такое настоящая клюква? Вам сюда. Ясное дело – тут рядом гостиница, поэтому среди торговых рядов нередка иностранная речь. На верхних аллейках представлены художники (с позволения назову их так), но лёгкого и беглого взгляда на натюрмортики достаточно, чтобы всё себе оценить-прикинуть и повернуть назад. Монет и марок много, но цены завышены: продавцы при этом редко хотят уступать. Много кованых изделий, окладов для икон, столовых приборов и тому подобного скарба. Можно и не пытаться спрашивать, в какую цену: цифровое выражение ориентировано не на россиянина. Да во многом и не на иностранца, а на иностранца, которому надо срочно и без мороки купить кусочек России, увезти это к себе, чтобы рассказывать, как он купил на рынке случайную вот такую ценность. Нижние ряды – сплошь клюква: пилотки, матрёшки, постеры, ножички; короче, белиберда для туристов, время лучше не тратить. Наиболее вменяемая часть – собственно «Блошиный рынок». Иногда можно перехватить интересные книжки. Примечательно, что всё же много книг по искусству и архитектуре. В этой части рынка народ попроще – есть возможность пообщаться и сторговаться. Здесь же – монеты, значки, ордена, медали, боны, виниловые пластинки, билетики. Основные дни – суббота и воскресенье. Пик: 10:30 – 13:30. По будним дням работают только «клюквенные» ряды.

14 June 2011. – Moscow (Russia)